Альтернативная реальность на Горе Ветров
22.01.2019 02:20

ПОМОЧЬ ПРОЕКТУ 0.0 0

Андрей НОВАШОВ


Гитарист Родион Литвинов удивил меня трижды: когда впервые увидел его выступление (он играл не традиционную, а актуальную музыку; не сразу поверил, что в Прокопьевске так бывает), когда он устроил в Прокопьевске фестиваль живой музыки, и когда возглавил эстрадное отделение Прокопьевского колледжа искусств. Родион Анатольевич рассказывает, чем заняться джазовому музыканту в шахтёрском городе, для чего в юности слушать рок, какая связь между Стравинским и группой Metallica, что привлекает джазменов в хип-хопе, всем ли музыкантам нужна слава. И о том, почему прокопьевский фестиваль, который должен был состояться в феврале нынешнего года, больше проводиться не будет.

Лет двенадцать назад писал об очередном прокопьевском мероприятии. Речи и награждения перемежались традиционными концертными номерами местных артистов. И вдруг на сцене появился гитарный дуэт и заиграл джаз-рок собственного сочинения. Спросил у организаторов, из какого города эти музыканты. Оказалось, прокопчане. Группа «Джангос»: Никита Арыков и Родион Литвинов.

Для Родиона Литвинова Прокопьевск – город, в котором он вырос, и в который вернулся, став уже профессиональным музыкантом.

Родион Литвинов. Фото автора


Музыкой всерьёз увлёкся сравнительно поздно. Начинал в Прокопьевском рок-клубе как гитарист хэви-металл группы. Потом уехал в Томск. Окончил Томский колледж культуры и искусств, Кемеровский институт культуры. В Томске продолжил играть тяжёлый рок, но вскоре переключился на другую музыку. Собрал Uncle Lee Trio, игравшее cool jazz («прохладный джаз»). Альбом, который записало трио, так и назывался – «Холодный сибирский джаз». Этот гитарист играл и фолк, и популярные эстрадные мелодии, и классику. Впрочем, музыка Литвинова шире, чем любой из стилей, с которым он экспериментировал. В 1998 году стал лауреатом областного конкурса имени В. Т. Феоктистова в номинации «гитара». Участвовал в музыкальных фестивалях, проходивших в Новосибирске, Кемерове, Абакане. На всероссийском фестивале «Высоцкий в Новокузнецке» Родион Литвинов вместе с гитаристом Никитой Арыковым и вокалисткой Мариной Арсёновой завоевали главный приз.

С 2004 года Родион Литвинов преподаёт в Прокопьевском колледже искусств (бывшее музыкальное училище), а в 2009-м возглавил открывшееся здесь отделение - «Музыкальное искусство эстрады». Остаётся концертирующим музыкантом, участвующим сразу в нескольких проектах.

- «Знаменитый кузбасский джазовый гитарист из Прокопьевска Родион Литвинов» - такой анонс видел в интернете перед вашим кемеровским концертом. В Кузбассе действительно есть джаз?

- Анонс не я писал. А джаз в Кузбассе и был, и есть. В 80-е областное телевидение устраивало прямые трансляции выступлений. Это был настоящий джаз, который исполняли выдающиеся кемеровские музыканты, в том числе легендарный барабанщик Борис Подлипьян, в своё время игравший в оркестре Олега Лундстрема в Ленинграде.

В начале 90-х, когда я заканчивал среднюю школу, мы ездили в кемеровский джаз-клуб, который находился в «Доме учителя». Там играли и профессионалы, и студенты. В Новокузнецке уже много лет существует джаз-клуб «Геликон», где каждую неделю происходит что-то интересное. И мы в Прокопьевске пытаемся что-то делать. В нашем городе сильная академическая школа – народная музыка, классическая. Эстрада и джаз в зачаточном состоянии, и не многие прокопчане этой музыкой интересуются. Больше могу отвечать за то, что сделал сам, а не за других. В Прокопьевске занимаюсь профессиональной деятельностью четырнадцать лет. Были фестивали, были проекты. Есть ребята, которые учатся здесь, в колледже искусств, и которых удалось заинтересовать той музыкой, которая мне близка.

- Что вас держит в Прокопьевске?

- У меня здесь семья. Я родился в Прокопьевске, уезжал в Томск, где прожил двенадцать лет, потом вернулся. В тот момент, в 2004-м, был жизненный кризис: надо было что-то решать с жильём. В Прокопьевске нашли не только жильё, но и работу. Жена социальный работник – профессия, с которой не каждый справится. Если бездельничать, можно засмуреть, а я постоянно занят. Когда спрашивают: «Что ты вообще в Прокопьевске делаешь?», отвечаю: «Мне есть чем заняться». Преподаю, готовлю учеников к конкурсам. И проекты у меня – сам играю, пишу для других. Подготовил нотный сборник: аранжировки для гитарных ансамблей и для гитары с другими инструментами; авторские произведения. Композитором себя не считаю, но что-то написалось. Опубликовал только то, что уже проверено, обожжено концертами. Нотный сборник поступит в библиотеки – значит, что-то уже от меня останется. Если бы жил в большом городе, может быть, этот сборник и не подготовил. В мегаполисе вроде бы много возможностей, но много и суеты, и этими возможностями не всегда можешь воспользоваться.

- Как и многие прокопчане, впервые увидел вас в составе гитарного дуэта «Джангос». Как этот проект возник и почему прекратил существование?

- Проект появился в 2004-м, когда я вернулся в Прокопьевск. Мы с Никитой Арыковым, с которым знакомы с детства, выросли на одной музыке и понимали друг друга с полуслова, стали играть вместе. Выступали на городских мероприятиях, записали какие-то видеоклипы. Но мы всё-таки не из шоу-бизнеса, немножко из другой сферы. Играть в сборных концертах один-два номера – это не очень нам подходит. К музыке я всегда относился философски, не воспринимал её как способ развлечь публику. Поиграли, поездили по фестивалям. Мы оба сильные личности. У каждого есть свои проекты, и мы решили, что «Джангос» себя исчерпал. Никита поехал за границу, где играл с разными музыкантами. Он помогал начинать эстрадное отделение в Прокопьевском колледже искусств, вёл некоторые предметы. Сейчас Никита работает в джаз-клубе «Геликон», солирует в оркестре. Но мы продолжаем время от времени сотрудничать. Перед Новым годом вместе выступили в Новокузнецке.

- Пожалуй, самый глобальный ваш проект – прокопьевский фестиваль живой музыки «На горе ветров».

- Впервые он состоялся в феврале 2007 году в ДК им. Маяковского. Первый фестиваль шёл три дня, участвовали только гитаристы - местные, московские, кемеровские и новокузнецкие.

- «Гора ветров» - потому что так на русский переводится название района Тырган, где проходили фестивальные концерты?

- Да. В день открытия случилось мистическое совпадение: поднялся даже не ветер, а страшный ураган. Свет в зале мигал. После концерта мы вышли: всё заметено, трамваи не ходят. Добирались домой пешком, это запомнилось. На фестиваль приезжали зрители из других городов, один даже «на собаках» (на электричках без билета – А. Н.). Мы вдохновились и решили продолжать. На следующий год у нас на фестивале были уже не только гитаристы, но и другие музыканты. В фойе шоу – местные коллективы: брейкеры и артисты в ростовых нарядах от швейного училища. Стритовая культура такая.

Потом эти фестивали проходили раз в два года. Участвовали самые разные ансамбли. «Сибирский квартет» и «Скоморохи» из Прокопьевска, «Кузнецкий Диксиленд» из Новокузнецка, кемеровская группа FREE TiME, томичка Наталья Нелюбова с этнической программой. «Джангос» выступал регулярно с новой программой.

Мы знаем, как сложно музыкантам найти площадку, чтобы показать зрителям большую оригинальную программу. Обычно на смотрах-конкурсах каждый представляет один-два номера ради какой-то грамоты, бумажки. Это не наш формат. Мы приглашали коллективы с большими – минут на сорок пять - серьёзными программами. У каждого участника оригинальный инструментальный состав, неожиданный стилевой подход, интересный визуальный ряд. И – только живая музыка, никаких фонограмм, в этом уникальность фестиваля «На горе ветров».

Проводить фестивали такого формата в небольшом городе трудно. Джаз, живая музыка прибыли не приносят. В 2017-м фестиваль состоялся в последний раз – уже в зале музыкальной школы № 10. Просто настал момент, когда я огляделся и подумал: нужны ли вечные проекты? Пришёл к выводу, что время и силы лучше потратить на что-то другое.








Эти восемь фотографий сделал во время прокопьевского фестиваля «На горе ветров» в 2009-м. Сверху вниз: Родион Литвинов, Никита Арыков, «Сибирский квартет», «FREE TiME». Далее четыре снимка, на которых Наталья Нелюбова – на репетиции и во время выступления. Нижнюю фотографию публиковала на обложке газета «Кузбасс», в которую я писал об этом прокопьевском фестивале. Сегодня уже и самому не верится.


- В Прокопьевске проходят концерты, близкие по формату к закрывшемуся фестивалю?

- «На горе ветров» - это и название джаз-клуба, который появился в Прокопьевске в 2005 году. Начинался он ещё в ДК ПЗША. Мы проводили концерты в детской музыкальной школе № 10. В последнее время - в клубе «Искорка». Зал небольшой, но набивается до отказа. Поначалу концерты крутились вокруг нас с Никитой. Вместе с нами выступали другие музыканты, известные в городе. Татьяна Григорьева, которая играет в дуэте аккордеонистов «Идиллия». Трубач Денис Дурновцев. Потом, когда открылось эстрадное отделение, подтянулись наши ученики: пару раз в год устраиваем отчётные концерты. Я подыгрываю на гитаре или на духовых, хотя духовиком себя не считаю. Мы делали и тематические концерты: вечер блюза, вечер рок-гитары.

Когда-то джаз-клуб в Прокопьевске существовал официально, я был его художественным руководителем. Сегодня джаз-клуб – это идея, концепция, в рамках которой иногда проводятся концерты.

- Когда следующий концерт?

- Сейчас у нас на эстрадном отделении новый набор, смена поколений. Перед Новым годом мы здесь, в колледже, делали программу, но не стали показывать её широкой публике. А большой концерт в «Искорке» планируем устроить весной.

- Как его не пропустить и сколько стоит билет?

- Цена билета символическая – рублей сто, не больше. А дату можно будет узнать в группе «На горе ветров» Вконтакте.

- У вас философское отношение к музыке, поэтому чуть-чуть отвлечёмся от прокопьевских реалий. Есть, например, покорившие весь мир песни группы The Beatles, ни один из участников которой не имел музыкального образования. И есть «сложная» музыка, которую изучают в музыкальных колледжах, институтах и консерваториях. Получается, существует отдельная музыка для музыкантов, и отдельная – для простых смертных?

- Музыку можно рассматривать как составную часть массовой культуры. И есть музыка, постижение которой требует времени и серьёзной концентрации. Музыка как бесконечный, интереснейший мир. Погружаясь в этот мир, ты оказываешься в альтернативной реальности. Ты в ней живёшь. Ты живёшь, благодаря ей.

Я пришёл в музыку в 90-х годах, бросив престижный технический вуз. Некоторые вспоминают с ностальгией: «Ах, 90-е!..», а, по-моему, в стране творилось что попало. Кроме того, мне было двадцать лет, и нужно было определяться, найти путь, по которому готов идти до конца. Для меня таким путём стала музыка, и, - хотя было время, когда не хватало денег, чтобы кормить семью, когда мы копейки считали, - ни разу о своём выборе не пожалел.

Естественно, зарабатывать музыкой в той стране, области и городе, где я живу, можно только преподаванием и концертами для широкой публики. Да, я работаю и в развлекательной сфере. Поп-музыка тоже должна быть, и пусть она будет. Но остаётся время для творческих проектов: авторская музыка, джазовая импровизация. Что я и делаю – сольно и вместе с коллегами. Это позволяет мне не потухнуть. Я считаю, у мужчины апостольская миссия. Он должен не только обеспечивать семью, но и творить, создавать то, что считает важным. Только тогда он живёт.

- Юрий Лоза сегодня больше известен не как музыкант, а как автор резонансных высказываний: вокалист группы The Rolling Stones Мик Джаггер не умеет петь, музыканты группы Led Zeppelin не умели играть…

- Дело в том, что есть такая сфера – рок-музыка. Как существует, например, оперетта, музыкальный театр, появившийся во Франции в 19 веке, и с тех пор никуда не исчезнувший, хотя и видоизменяющийся. И рок-музыка – появилась в середине века 20-го, и будет всегда. Одни люди равнодушны к року, а другие полюбили его в детстве, и будут любить всю жизнь, что не помешает им слушать и совсем другую музыку. Рок – совершенно отдельная сфера. Его не нужно сравнивать с классикой или с джазом.

Мик Джаггер – очень талантливый вокалист, и петь он, конечно, умеет. Рок существует не для того, чтобы доносить до слушателей чистые звуки. Он транслирует совсем другое. В нём сильна душевная составляющая. Энди Уорхол – художник, придумавший поп-арт – сказал: «Каждый человек имеет право на пятнадцать минут славы». Эти слова многое объясняют в рок-культуре. И ещё рок-музыка помогает подростку преодолеть возрастной кризис. Если мальчик-ботаник, затюканный в классе, надевает футболку с надписью «Slipknot» (название американской рок-группы, которая собственный стиль игры определяет как «нью-металл» - А. Н.), ему это придаёт уверенности, он отождествляет себя с рок-героями. Во все времена в промышленных городах, где царят жёсткие нравы – будь то Прокопьевск, Чикаго, Нью-Йорк, Манчестер или Ливерпуль – вырастают самые крутые боксёры, футболисты, хоккеисты. И из таких городов родом самые знаменитые рок-группы. Всё это – мужские темы. Прекрасно помню, для чего я рок-музыку слушал: хотел противопоставить себя толпе, отстоять собственное мнение. Рок стимулирует самостоятельное мышление. Правда, сейчас рок-культура стала более развлекательной, а во времена моей юности рокеры вслушивались в тексты песен, искали в них подтексты, философию. В детстве Виктор Цой был для нас настоящим пророком. И рокеры рано или поздно начинали читать серьёзные книги.

Я вырос на роке, и благодаря року, в том числе и тяжёлому, вообще пришёл в музыку. Когда мои студенты слушают самые радикальные стили рок-музыки – я это только приветствую. Они горят, и, если их увлечь, легко погружаются в мир классической музыки.

Кто умеет играть, а кто не умеет? Я не знаю. Для разной музыки нужны разные критерии. Группа «Чайф» собирает стадионы, а какой-нибудь джазовый супер музыкант – нет. Хотя у него самобытное мышление, его уважает музыкальное сообщество…

- Недавно из жизни ушли два музыканта – Евгений Осин, запомнившийся как автор одного хита, и выдающийся гитарист Иван Смирнов. Об их смерти стало известно почти одновременно. Но Евгений Осин - герой телепередач и газетных публикаций, а уход Ивана Смирнова остался почти незамеченным.

- Про смерть Осина в первый раз слышу. А о том, что не стало Смирнова, мы узнали в первый же день. Один из последних концертов Смирнова состоялся в новокузнецком джаз-клубе «Геликон»… Кто к чему стремится. Смирнов – явление мирового масштаба. Это не просто гитарист-виртуоз, но создатель уникальной авторской музыки. Причём его музыка русская, а это очень редкое явление на эстрадно-джазовой сцене. Слушая его записи, вспоминаешь и Стравинского, и наши русские праздники, масленицу. Это не бряканье, не баловство. С точки зрения композиторского искусства и исполнительского мастерства – это высший класс. Смирнов когда-то был участником знаменитого джаз-рокового ансамбля Алексея Козлова «Арсенал». Там же в своё время играл Виктор Зинчук, ставший впоследствии поп-гитаристом. И Смирнов легко мог бы прославиться, но выбрал другой путь. Не всем нужна слава. Майлза Дэвиса тоже не каждый знает.

- Но хотя бы имя этого джазового трубача все слышали.

- Он хотел покорить мир своей музыкой, экспериментировал, исследовал разные стили, но всегда оставался собой.

Родион Литвинов. Фото из архива Р. Литвинова


- Многие джазмены и рокеры на дух не переносят музыку и субкультуру следующих поколений – рэп и хип-хоп.

- Как и рок, хип-хоп культуру нельзя отрицать, нельзя обойти. Я понимаю в этом толк на своём уровне. Чаще всего не знаю имён, но могу послушать и определиться: кто более удачный, и кто менее удачный исполнитель. Рэп – речитативный стиль вокала – всего лишь составляющая хип-хоп культуры. А вообще хип-хоп – это танцевальная музыка, и джазовые музыканты её уже давным-давно освоили. Последний в своей жизни альбом Майлз Дэвис записал в содружестве с рэперами. Поначалу джазмены отнеслись к этой записи настороженно, но потом многие трубачи начали имитировать «кислотную» дэвисовскую трубу. Джазовые музыканты открыты новому. И рок-музыканты заинтересовались рэпом, появились новые группы, играющие на пересечении стилей.

Меня привлекает, как рэперы ломают ритмику своих текстов. Не старая школа, которая была в 70-е, а именно современная рэперская школа, когда строчки разные, как у Маяковского. Создаются сложные ритмические фигуры, которые очень оригинально рифмуются. А самое главное, что интересует джазовых музыкантов, – это тайминг. Это слово невозможно буквально перевести на русский. Мы говорим об этом, когда делаем свинг, или делаем какие-то латиноамериканские пульсации, или делаем хип-хоп. Тайминг – это временой оттяг, отставание, «кач». Не случайно рэперы раскачиваются. Это можно в клипах увидеть, и не знающий человек подумает, что это они так выпендриваются. На самом деле, это есть в самой музыке. Далеко не каждый рэпер «качает» так, как надо, некоторые просто руками машут. Нас, музыкантов-инструменталистов, которые не против хип-хопа, эта пульсация очень сильно увлекает. И сейчас очень много музыки инструментальной, которая от хип-хопа идёт. Тот же дабстэп – это инструментальный хип-хоп: там и электроника, и живые инструменты – всё вместе существует. Против хип-хопа выступают только люди ограниченные, которые, например, с детства слушали Егора Летова, и больше им ничего не надо. Я открыт. Всё время жду появления чего-то нового. Студентов прошу принести послушать. Но, честно говоря, не всегда могу понять, что же нового в музыке, которую они слушают. Жду, когда появится ещё один Курт Кобейн. Хотя дело не в нём самом, а в продюсере, который записал в 1991-м альбом Кобейна, и на рок-сцене появился очередной культовый персонаж. Наверное, сейчас не те времена, когда что-то рождается.

- Время собирать камни?

- Видимо, так. В 90-е появлялись гранж, рейв. А сейчас своего рода эпоха постмодернизма: вновь и вновь пережёвывается то, что уже было. Из отечественных музыкантов, пожалуй, Земфира была последней, о ком можно говорить как о феномене. Я не большой её поклонник, но нельзя не признать, что это явление в музыкальном мире. Когда еду в машине, слушаю программы Владимира Матецкого на «Маяке». Он продюсер мирового уровня, отслеживает всё, что происходит в современной музыке, и об этом рассказывает, включает записи новых исполнителей. Но, честно говоря, пока для себя не обнаружил ничего удивительного.

Фото из архива Р. Литвинова


- Русский рок вас в какой-то степени сформировал. В начале 80-х власти преследовали отечественных рокеров. Сейчас новая волна запретов и репрессий. Достаточно вспомнить недавнюю историю с уголовным делом, которое завели на рэпера Хаски. А несколько лет назад ополчились даже на Макаревича, который далёк от любого радикализма.

- Не знаю. По-моему, государство должно как-то контролировать, нельзя пускать всё на самотёк. В 90-е что попало творилось, вообще была эпоха без тормозов. Я помню, включил в те годы новогоднюю телепередачу, а там все участники пьют, и предлагают зрителям последовать их примеру. Кажется, Игорь Угольников вёл ту передачу. И Ельцин тогда пил. И такое ощущение, что бухала вся страна. Я студентом был. Молодёжь считала, что такая вседозволенность – это и есть свобода. Но я уже в то время осознавал, что это перебор. Вот тогда государство ничего не контролировало. На федеральных телеканалах песню группы «Ноль» крутили: «Возвращаюсь раз под вечер, накурившись гашиша. Жизнь становиться прекрасна и безумно хороша». Это одна из моих любимых групп, я Федю Чистякова вообще уважаю – это один из великих наших рокеров, у меня все его альбомы есть. Но не надо его ранние песни по телевизору крутить. Это не для всех.

Государство должно выполнять свою воспитательную функцию. Вот вышел кто-то на улицу и начал в рупор орать. А у кого-то ребёнок спит. Конечно, звонят в полицию, которая забирает возмутителя спокойствия… Мы теперь будем знать имя этого музыканта или блогера только из-за скандала.

А что касается Макаревича… Ну, съездил он не в ту страну (смеётся), сказал что-то не то. Сразу поклёп на него. Но зато все вспомнили, что Макаревич есть и продолжает выступать.

- То есть в этой ситуации вы видите положительные стороны?

- Да вообще всё это ерунда. На то и щука, чтобы карась не дремал. И наоборот. Например, тот же Навальный или другие оппозиционеры – они нужны для баланса. И рокеры – они постоянно будут конфликтовать с властью… Кстати, вот Шнуров Сергей – самый популярный музыкант на отечественной рок-сцене. По популярности он превзошёл уже «Битлз», по-моему. Вот она поп-культура, поп-арт. И у самого Шнурова есть песня: «Любит народ наш всякую фигню». Это он и про себя поёт, всё это осознанно делает. И народ его действительно любит, как бы кто ни возмущался. Пусть запрещают, это только прибавит ему популярности. Или в какой-нибудь город рок-группа приедет с сатанинским названием. Конечно, православная церковь потребует отменить концерт, и городские власти запретят выступление. Пусть так и будет. Как в мультике про трёх богатырей. Если Соловей-Разбойник свистит так, что всё вокруг рушится, должна найтись какая-нибудь бабка, которая клюкой зуб ему выбьет, чтобы не свистел. Вот смысл всего этого. Ты выпендриваешься? Ну, получи, значит, по морде – вот и всё. У государства должна быть дубинка. В Англии есть Гайд-парк, где любой может выступить с какой угодно речью, и есть места, где это делать категорически запрещено – сразу полиция заберёт.

- Но у нас вся страна превратилась в территорию, где «категорически запрещено».

- Да почему? Приедет такой матершинник в Англию, начнёт орать – его сразу заберут. Всем нельзя, а он возмущается: «А почему мне нельзя?». Да потому, что нельзя. Потому что дети могут услышать.

- В финале спрошу о Прокопьевском колледже искусств, где вы возглавляете эстрадное отделение. В этом учебном заведении есть еще отделение духовых и ударных инструментов. Они не дублируют друг друга?

- Там академическое направление, у нас – джазовое. Более того, по классу гитары учатся и на нашем отделении, и на отделении народных инструментов. Но программы разные. Там студенты учатся интерпретации, у нас – импровизации.

Родион Литвинов на индивидуальном занятии в колледже. Фото автора


- Музыкальное училище непосвящённому кажется заповедником, в котором ничего не меняется. Бах, Моцарт, Бетховен… Вроде бы каждое новое поколение студентов изучает всё тех же композиторов, живших столетия назад.

- Нет, студенты открыты для нового. Просто музыкальное училище, колледж – это база: школа артикуляции, школа техники. Если потом студент поступает в консерваторию, из него уже воспитывают профессионального исполнителя, дирижёра или педагога.

А в музыкальных школах, на мой взгляд, вообще должны учиться все дети без исключения. Развитие мелкой моторики пальцев стимулирует работу мозга – это ещё древние греки знали. В музыкалке это развитие происходит незаметно, исподволь. У меня предки немцы, и я знаю, что в традиционных немецких семьях музыке учат всех детей. Профессиональным музыкантом становится, может быть, один человек из ста, но у всех, кто учился музыке, интересное, творческое, гибкое мышление. Каждый из них вырастает уникальной личностью. Конечно, в художественных школах, где есть лепка, тоже происходит развитие мелкой моторики.

И у нас в колледже изучают не только творчество «древних» композиторов, но и современную музыку, сочинённую в конце 20-го и в начале 21-го веков. Когда был студентом, с удовольствием обращался к произведениям ныне живущих авторов. Предлагая студентам освоить современное музыкальное произведение, говорю: «Эта музыка – ваша, вашего поколения. Дерзайте!». Среди сегодняшних композиторов очень много совсем молодых людей. И современной академической музыки в мире сочиняется предостаточно, хотя она, может быть, не слишком известна широкой публике. Академическая музыка, как и прежде, опережает своё время. До сих пор очень немногие понимают произведения Стравинского или Скрябина, хотя они жили почти сто лет назад. Дебюсси и то тяжеловатенько идёт, хотя это конец 19 века. В лучшем случае слушают Рахманинова.

Пожалуй, Мусоргский и Стравинский стали понятнее широкой публике, благодаря рокерам 70-х. Сидит какой-нибудь гитарист, играющий прог-рок, в своей каморке, музицирует. Потом случайно услышит «Весну священную» Стравинского, и у него крышу сносит: «Вот как можно!». И этот музыкант из своих гитарных рифов пытается создать что-то подобное. Если мышление мужское, математическое, это очень просто: мотив, полумотив… К работе подключаются другие участники этой рок-группы, и получается серьёзное произведение минут на пятнадцать. Они выпускают пластинку, и все говорят: «Вот каким стал рок. Это же настоящее искусство!». И не только прог-рок. В альбомах знаменитой группы Metallica влияние Стравинского очень заметно. И на многих современных американских композиторов, сочиняющих академическую музыку, Стравинский влияние оказал.

Что касается Мусоргского, можно вспомнить группу Emerson, Lake & Palmer (больше известна как ELP –А. Н.), которая играла произведение Мусоргского «Картинки с выставки». Басист, барабанщик, клавишник. В их исполнении это произведение, сочинённое для фортепиано, звучало как современный рок, и не все слушатели знали имя композитора, но к тому времени часть широкой публики уже дозрела до понимания такой музыки.


Читайте также:
Комментарии
avatar