Голод - не "шведка"
04.08.2018 21:32

ПОМОЧЬ ПРОЕКТУ 168 0.0 0

Юнис ТЕЙМУРХАНЛЫ, отельер


«Че встал как пень? И пялишься на еду? Ложи все подряд!»,— услышал я за спиной зычный женский голос. Семья из пяти человек удобно расположилась на завтраке — за большим столом, прямо у основного стола «шведки» (шведского стола).

«Тащи сюда вон тот поднос. Тут разберемся — че нам есть, а че понадкусывать»,— смеялась гостья.

Мужчина воспринял команду жены буквально. Рванул к краю стола, прихватив полупустой поднос с мясной нарезкой. И принялся накладывать на него все подряд.

К мясным остатками сначала присоседилось полбанки селедки. Селедку потеснила огромная порция сырников. Сверху легли блины, обильно политые сметаной и медом. «Зелень только не ложи, трава и дома растет»,— продолжала командовать жена.

Подойдя к столу с разносолами, гость уверенным движением воткнул вилку в банку с оливками. С трудом удерживая в левой руке тяжелый поднос, гость принялся выуживать из общей банки плоды. И направлять их прямо себе в рот, не замечая капель маринада, обильно падающих прямо на белоснежную скатерть.

Все происходящее напомнило мне старый анекдот. Мужчина впервые увидел «шведский стол». И искренне удивился отсутствию стульев у главного стола. Он самовольно взял один из стоящих неподалеку стульев, приставил к раздаче, сел. И принялся жадно поглощать еду. «Простите, но это «шведский стол». Пожалуйста, освободите его!»,— попросил администратор. «Встану, когда шведы придут»

«Че расселась? Иди отцу помогай, набирай горячее!»,— скомандовала гостья дочери-подростку, сидящей рядом. Девочка покорно встала и направилась к «шведке». «Кашу не бери, дома ее кушать будешь. Ушами не хлопай, ложи в тарелку курицу и буженину, креветки не пропусти»,— раздавала команды гостья. Внезапно, резко обернувшись на очередной окрик матери, девочка не заметила, как локон ее длинных распущенных волос нырнул в соусник с кетчупом. А через пару секунд ярко-красная прядь волос уже рисовала странные узоры на белоснежной рубашке девочки. «Етить твою за ногу»,— на весь зал громко запричитала гостья. «Засралась вся, грязнуля!».

Официанты, стоящие неподалеку, подбежали к девочке — с предложением помочь почистить рубашку на месте. «Расставили тут свои банки, олухи. Работать не умеете! Эта рубашка тянет на всю вашу месячную зарплату»,— тут же досталось официантам.

Положив наконец тяжелый поднос на стол, отец семейства, вновь направился к раздаче. И принялся складывать в тарелки горы горячих блюд. Вперемешку с гарниром, гость зачем-то прихватил вместе с курицей несколько эклеров, обильно посыпав их черешней.

С трудом дотащив горы еды до своего стола, глава семейства наконец занял свое почетное место. Семья принялась завтракать.

«Стой и жди! Доедаем и выходим»,— деловито ответила гостья кому-то позвонившему на ее мобильный, очевидно переоценив гастрономические возможности своих домочадцев.

«Фрукты ложи в сумку. Быстрее, опаздываем. По дороге в Петергоф съедим», — на выходе из ресторана вновь скомандовала гостья. «Яблоки тебе зачем?»,— громко критиковала жена, заглянув в пакет. Тебе их дома не хватает? Ложи сверху персики, груши и виноград. За все заплачено»

Муж ринулся назад к «шведке». И второпях принялся выкладывать десяток яблок из пакета и из двух боковых карманов в куртке обратно в корзину с фруктами. Он пытался обменять яблоки на то, что «не растет дома». Но в суете выронил, не удержав их в руках. Яблоки покатились в разные стороны под громкие окрики разгневанной супруги и насмешливые взгляды других гостей.

Семья удалилась. Я подошел к столу и внимательно осмотрел «поле боя». Официанты только что унесли со стола около десяти тарелок доверху наполненных практически нетронутой едой. Мясо вперемешку с курицей, рыбой, кусками фруктов, остатками десертов, обильно заправленных кетчупом, медом и сметаной, благополучно направились в мусорные контейнеры. На «шведку» вернулись лишь случайно уцелевшие яблоки, вымытые предварительно на кухне.

Термин «шведский стол» существует только в русском языке. В Европе, США и в странах Азии этот вид обслуживания принято называть «буфет»(buffet)

В подтверждение русской версии этого названия историки приводят достаточно аргументов и фактов, приписывающих данное изобретение нации северных мореплавателей.

Легенда гласит, что еще в далекой древности для большинства пиров скандинавы готовили простую, но разнообразную еду длительного хранения — из соленой и копченой рыбы и мяса, вареных яиц, из овощей, грибов и ягод, чтобы к приходу новых гостей не думать, чем их накормить.

Реализовать эту концепцию обслуживания всегда было проще в холодном климате. И в той национальной кухне, которая приспособлена к различного рода заготовкам.

Немногочисленные оппоненты «шведской теории» утверждают, что этот самый демократичный способ подачи угощения ведет свое начало от традиционной русской трапезы «водка – закуска». Но эта гипотеза, как считают историки, не выдерживает критики — ведь демократия родилась не в России. И смысл «шведского стола» — не в крепких напитках.

В самой Швеции такой формат подачи еды называют smorgasbord, то есть «бутербродный стол». Под бутербродами подразумевают любую сытную еду, которую можно готовить из чего угодно.

Наличие хлеба не так важно, как принцип — подача блюд, которые просты в употреблении. И в отличие, к примеру, от пасты с томатом и сыром не теряют вкусовых качеств в течение относительно долго времени.

Концепция и идея «шведского стола» тесно связана с национальными особенностями жителей Скандинавии. Ее основной принцип — разумное самоограничение в отсутствии внешнего контроля.

Российский историк и журналист второй половины XIX века Константин Скальковский так описывал трапезу в местном постоялом дворе: «Каждый требует того и другого, горничные едва успевали откупоривать бутылки. Никакого учета потребляемого тут нет; на столе лежит книга, к ней на розовой ленточке привязан карандаш, и гость сам обязан вписать, что он съел и выпил, в книгу. При отъезде он так же сам сводит итог своего счета. Понятно, что все ошибки остаются на совести пассажира, но шведы предпочитают потерять что-нибудь, нежели подвергать путешественника унизительному контролю».

Александр Куприн, проходивший в 1909 году лечение в Финляндии (входившей в состав Швеции в начале девятнадцатого века), так описывал «чудо скатерть-самобранку»: «Длинный стол был уставлен горячими кушаньями и холодными закусками. Все это было необычайно чисто, аппетитно и нарядно. Тут была свежая лососина, жареная форель, холодный ростбиф, какая-то дичь, маленькие, очень вкусные биточки и тому подобное. Каждый подходил, выбирал, что ему нравилось, закусывал, сколько ему хотелось, затем подходил к буфету и по собственной доброй воле платил за ужин ровно одну марку тридцать семь копеек».

«Когда мы возвратились в вагон, нас ждала картина в истинно русском жанре»,— вспоминал известный писатель. «Дело в том, что с нами ехали два подрядчика по каменным работам. Всем известен этот тип кулака из Мещовского уезда, Калужской губернии: широкая лоснящаяся скуластая красная морда, рыжие волосы, вьющиеся из-под картуза, реденькая бороденка, плутоватый взгляд, набожность на пятиалтынный, горячий патриотизм, и презрение ко всему нерусскому — словом, хорошо знакомое истинно русское лицо».

«Надо было послушать, как они издевались над бедными финнами»,— продолжал Куприн. «Вот дурачье, так дурачье. Ведь этакие болваны, черт их знает! Да ведь я, ежели подсчитать, на три рубля на семь гривен съел у них, у подлецов… Эх, сволочь! Мало их бьют, сукиных сынов. Одно слово — чухонцы». А другой подхватил, давясь от смеха: «А я… нарочно стакан кокнул, а потом взял в рыбину и плюнул. Так их и надо сволочей!, — подхватил его визави. Распустили анафем! Их надо во как держать!».

Цитируя эти отвратительные высказывания, Куприн заключает: «И тем более приятно подтвердить, что в этой милой, широкой, полусвободной стране уже начинают понимать, что не вся Россия состоит из подрядчиков Мещовского уезда Калужской губернии».

В наши дни «буфет» буквально завоевал планету. Гостиничные комплексы, казино, круизные лайнеры и большие рестораны — те заведения, перед которыми стоит задача накормить большое количество гостей быстро, вкусно и качественно — широко используют этот вид обслуживания. И получают стабильный солидный доход — несмотря на ложное представление о том, что себестоимость съеденных блюд значительно превосходит выручку заведений. Это не так. Важная особенность «шведки» в том, что безграничные аппетиты едоков ограничены размерами их желудков, наличием культуры потребления, воспитанием. И соблюдением большинством гостей банального принципа: есть в удовольствие, но не брать лишнего. И не выносить еду с собой.

Оригинал

 РАСПРОСТРАНИТЬ 


Читайте также:
Комментарии
avatar