Юлия Латынина: Гаагский трибунал - лекарство, которое хуже болезни
06.11.2018 08:07

ПОМОЧЬ ПРОЕКТУ 79 0.0 0

 Юлия ЛАТЫНИНА, журналист "Эхо Москвы"


Фату Бенсуда


Значит, что такая та самая Гаага, на которую у нас тут любят надеяться? И, кстати, обратим внимание, что ни по Грузии, ни по Украине никаких особых подвижек нет. Сейчас вам объясню, почему.

Создан был он в 1998 году. Предложил его министр Тринидад и Тобаго. И возглавил его сначала в качестве обвинителя главного Луис Морено Окампо – это был такой аргентинский левак, который преследовал членов хунты и, действительно, сначала сдуру решил преследовать настоящих злодеев.

Тремя таковыми оказались Джозеф Кони – это, действительно, жуткая личность, глава Армии сопротивления Господня в Уганде. Это те самые люди, которые разбрасывают по полям листочки из Библии с завернутым в них человечьим мясом. Это суданский президент Аль-Башир. И Муаммар Каддафи.

И через некоторое время левые всего мира ужаснулись, что Гаага-то преследует только африканских людоедов, и обвинили Гаагу в расизме. «Как? – сказали они. – Вы не преследуете европейских людоедов, не преследуете американских людоедов, а только африканских преследуете».

А вопрос о том, что, может быть, в Америке людоедов нету, прогрессивным либералам не пришел в голову, а Окампо был заклеймен как расист, и в 2012 году ушел.

Его сменила дивная дама, которая называется Фату Бенсуда – она происходит из Гамбии. Она бывший генеральный прокурор и бывший Министр юстиции исламской республики Гамбия. Нет, вы не ослышались.

Назначена госпожа Бенсуда была по всем политкорректным признакам. Во-первых, она была женщина, во-вторых, негритянка, в-третьих, мусульманка. Жалко, что она, конечно, была не одноногая лесбиянка, но это, к сожалению, совершенно невозможно. Дело в том, что диктатор Гамбии геев и лесбиянок поклялся казнить. Так же, как он, собственно, поклялся зарыть на 6 футов в землю всех оппозиционеров. Поэтому он не мог назначить лесбиянку генпрокурором.

Биография у нее чудесная. Фату Бенсуда училась в Гамбии, потом в Нигерии. И потом на Мальте, где она специализировалась на морском праве, что, конечно, сделало ее первым и единственным человеком, который слыхал слово «Морское право» в славной стране Гамбия.

После этого она стала генпрокурором и министром юстиции, как я уже сказала, у президента Яйя Джамме. А Джамме – это что-то вроде Иди Амина местного, это такой местный Золотов. Начинал в охранке, сверг законно избранное правительство в 1994 году. Да, вы будете смеяться, Гамбия была исключением в Африке: у нее до 1994 года были реальные выборы.

Зовут его «Защитник веры, повелитель рек и великий строитель мостов». Это не шутка, это его титулы. Среди его усилий помимо оппозиционеров он искореняет ведьм. Более тысячи ведьм было арестовано или пропало. То есть это не шутка. Обвинитель международного уголовного суда в Гааге – это генпрокурор бывшей Гамбии, которая преследовала систематически людей даже не за демократическую активность (это само собой), а за колдовство. И, конечно, когда ее избрали в 2012 году, чтобы прекратить всякие толки о расизме, она, естественно, стала расследовать не только людоедов в Африке, а стала расследовать преступления кровавых жидов против мирных палестинцев. Помните, была история с «Мави Мармара»? Но там не получилось.

А потом преступления британской военщины в Ираке. И вот теперь собирается расследовать преступления страшной американской военщины в Афганистане.

Кроме этого прекрасные люди также решили расследовать преступления против окружающей среды. То есть если посмотреть на Editorial Washington Times и соединить его вместе с судом с Гаагой, генеральный прокурор республики Гамбия может предъявлять президенту Трампу обвинения в глобальном потеплении смело. Просто российский Ростехнадзор бьется в восторге и исходит слюной от зависти.

Ну, наверное, вы скажете, что уж если экс-министр юстиции Гамбии расследует злодеяния кровавой американской военщины и глобальное потепление, то уж ИГИЛ (прим.ред.: деятельность организации запрещена на территории РФ) она точно расследует. Ответ: нет. Госпожа Фату Бенсуда специально объяснила, что она не будет расследовать преступления ИГИЛа (прим.ред.: деятельность организации запрещена на территории РФ), потому что, видите ли, Сирия и Ирак, где он действует, не признают авторитет международного уголовного суда.

Это крайне странно, поскольку, например, Судан тоже его не признает и, тем не менее, Аль-Башира расследуют. И кроме этого, ИГИЛ (прим.ред.: деятельность организации запрещена на территории РФ) действует не только в Сирии и Ираке, он прекрасно и в Европе действует.

Вот, курды езиды обращались к ней специально. Они передали ей документы о геноциде через Карла Проппера (есть такой банкир Уолл-Стрит, который, действительно, является настоящим правозащитником, Правозащитником с большой буквы). Он этих курдов езидов поддерживал, они передали ей совершенно чудовищные данные о массовых убийствах, о сексуальных рабах, а она курдов езидов послала. Зато она расследует (собирается) зверства американской военщины в Ираке.

И вот теперь на минуточку возвратимся к Луису Морено Окампо. Как я уже сказала, это был предыдущий обвинитель. И ну уж если ты возглавляешь Гаагу, ты должен быть морально безупречен.

Фигушки! Как выяснилось, еще при должности будучи, у Окампо были оффшорные счета. А как только он ушел, он заключил (будете смеяться) контракт с олигархом, который был покровителем одного из генералов, бывших генералов Каддафи. Контракт стоил много миллионов. Проработал, правда, Окампо только 3 месяца, получил за это время 750 тысяч долларов, потому что, видимо, генерал, который сам занимался геноцидом, наивно предполагал, что Гаага будет расследовать с подачи Окампо (бывшего обвинителя) только геноцид со стороны его противников.

А у самой Бенсуда дело с коммерческими контрактами обстоит еще лучше. То есть точнее это не у нее самой – это у ее мужа. Вот, знаете, у Володина есть мама, у кого-то там есть жена, а у Фату Бенсуда, бывшего генерального прокурора республики Гамбия, где людей судят за колдовство, есть муж. Этого мужа она знакомит с разными высокопоставленными лицами, которые потом делают фантастические дела, и одна из этих историй всплыла.

Был некто Яхье Бэрроу, он был уроженец Гамбии, он был бывший полицейский и у него было на счетах в Дубае 50 миллионов долларов. И я не знаю, как бывший гамбийский полицейский эти 50 миллионов долларов собрал. Может быть, он поставлял гамбийскую капусту местным вооруженным силам, может быть, он возил кокаин чемоданами из посольства, но явно, что это были не очень хорошие деньги, потому что они вообще были записаны не на него, а на какого-то немца.

Этот немец помер. Бэрроу заявил, что он его наследник. Счета арестовали. И тогда дама Фату Бенсуда познакомила, собственно, мужа с разными высокопоставленными дубайцами, которые должны были эти счета разблокировать. А муж в ответ должен был получить 20%, то есть 16 миллионов.

Еще у нее был потрясающий сын, сидел на кокаине. Умудрился вести в Америке типичную жизнь «золотой» российской молодежи, потому что это человек, который стрелял (по крайней мере, это известно полиции) 4 раза. Один раз он стрелял по кому-то в своей собственной машине. Другой раз у него была вечеринка, его гость задел телевизор, он начал стрелять по этому гостю. Он был, конечно, полностью под кокаином, поэтому не попал. Когда его взяли, выяснилось, что номера у пистолета спилены и из этого пистолета уже тоже 2 раза стреляли в этом самом доме. В конце концов, в июне 2015 года какой-то очередной наркодилер этого сына застрелил.

Я, собственно, к чему, да? Вот, я думаю, как это возможно? Мы в России хотя бы тыкаем пальцем. Вот, как возможно, что тетка, которая начинала карьеру Вышинским в Исламской республике, которая отказывается преследовать ИГИЛ (прим.ред.: деятельность организации запрещена на территории РФ), но преследует Америку; которая реально замешана в грязнейшей коррупции, у которой сынок, объевшись кокаина, стреляет по людям, и нам серьезно говорят, что вот это Гаага, и произносят это с придыханием. Ребята, не обольщайтесь. Дело не в этой конкретной женщине, дело в общем принципе. Не могут люди, которых никто не избирал, решать судьбы мира. Международный уголовный суд – это лекарство, которое хуже болезни. Сам факт существования наднационального учреждения, которого никто не избирал, с шутами в качестве судей представляет собой больше опасностей, чем выгод.

И, конечно, я не могу не посочувствовать нашим кремлевским. Они на всё это смотрят со своими Петровым и Бошировым, и думают «Интересно, почему гамбийскому прокурору можно, а нам нельзя?»

Оригинал

Распространить


Читайте также:
Комментарии
avatar