«Они сделали так, чтобы о них узнал весь мир. И у них получилось». Зачем жители Подземгаза Кемеровской области попросили убежища в Канаде
25.06.2019 607 5.0 0

Андрей НОВАШОВ
Интернет-журнал „7х7“


Жители поселка Подземгаз Кемеровской области в начале июня попросили «экологического убежища» у премьер-министра Канады Джастина Трюдо. Угольные разрезы здесь находятся в нескольких сотнях метров от жилых домов, люди задыхаются от дыма и пыли, от взрывов разрушаются дома. Корреспонденты «7×7» своими глазами оценили масштаб бедствия в Подземгазе.

Все фото: Виль Равилов, "7х7"


Черная пустыня

15 активистов из поселка Подземгаз, где происходит добыча угля открытым способом, 8 июня записали видеообращение к генеральному секретарю ООН Антониу Гутерришу и премьер-министру Канады Джастину Трюдо, чтобы привлечь внимание к серьезным экологическим проблемам в своем населенном пункте и попросить убежища. Поскольку качество звука на записи оказалось неважным, местные жители продублировали свое обращение в письменном виде.

Жители Подземгаза пожаловались на то, что задыхаются от угольной пыли и выхлопов карьерного транспорта, зимой снег черный и дети не могут гулять на улице. Жилые дома, говорится в видеообращении, рушатся от взрывов на разрезах, но местные власти, по словам авторов, игнорируют все эти проблемы.

«Достопочтенный Джастин Трюдо, все мы работящие люди. Мы можем и умеем работать. У нас есть дети, и мы не хотим, чтобы они заболели онкологией или другими заболеваниями, которые провоцирует плохая экология. Мы испробовали все способы, чтобы решить проблему, но у нас ничего не получается. Мы выбрали Канаду, потому что она очень похожа на нашу Сибирь. Много снега, холодно. Практически одинаковая природа. Да, возможно, у нас иной менталитет, но меняться легче, когда вокруг — благоприятные условия. Чистый воздух и чистая вода сейчас становятся недоступными во многих городах Кузбасса. Но мы люди, у нас есть дети, и мы просто хотим жить. Мы можем стать полезными для Канады, так как в России о нас просто забыли и мы чувствуем себя здесь лишними, никому не нужными людьми», — говорится в записи.

После публикации видеообращения в Подземгаз выехали корреспонденты «7×7». За окном междугороднего автобуса мелькают пятиэтажки, магазины, но чаще — индустриальный пейзаж. Пригодная для жизни территория скукоживается. Со всех сторон подступают огромные ямы угольных разрезов, расположенные прямо в черте города. «Лунный ландшафт». И за зданием автовокзала — отвалы и тяжелая техника разреза «Коксовый». Как будто не в город приехал, а прямо на разрез. По большому счету весь Киселевск в одну огромную яму превратился. Чтобы добраться до ставшего в одночасье знаменитым поселка Подземгаз, в Киселевске нужно пересесть на другой автобус.

Наконец добрались. На YouTube выложено видео, снятое киселевской журналисткой Натальей Зубковой: всего в тридцати метрах от ближайших домов валит дым. Корреспонденты «7×7» пришли на то самое место. Ямы, из которых поднимался дым, засыпаны глиной, но жильцы не считают это решением проблемы:

— Раньше было более-менее, — рассказывает Светлана, которая живет в поселке одиннадцать лет. — Сейчас вообще невыносимо. БелАЗы ездят, технологическая дорога не поливается. Задымление здесь ужасное. Как жить дальше — не знаю. Пока засыпали маленько, но огонь где-нибудь в другом месте пробьется. Может, в каком-нибудь доме. Люди уснут и утром не проснутся.

Местная жительница вспоминает, что в 2005 году здесь был пожар, во время которого «вырывался открытый огонь». Очаг возгорания, по словам Светланы, удалось засыпать.

— Совсем недавно дом горел по улице Малинной, возгорание было под домом, — рассказывает Анастасия Соколова, многодетная мать, которая живет здесь семь лет.

Ее дом совсем рядом. Обосновалась в этом экологически неблагополучном районе, потому что материнского капитала на другое жилье не хватило. В мае из трещин в почве снова выбивалось пламя. Анастасия трижды вызывала пожарных. На третий раз они сказали, что больше не приедут, объяснив, что это эндогенный подземный пожар. Спасатели посоветовали брать ведра и тушить огонь самостоятельно.

Местные власти до последнего утверждали, что тление происходит от мусора. Жители Подземгаза на это отвечали, что там, откуда идет дым, свалки никогда не было и что, судя по запаху, горит именно уголь. Виталий Шестаков, живущий чуть дальше, рассказывает, что когда-то здесь находился забой давно закрывшейся шахты «Киселевская».

Виталий — самый узнаваемый активист Подземгаза. Популярности он не искал, но когда показывал съемочной группе федерального канала дымящуюся почву, нога провалилась под землю. В результате, по заключению врачей, он получил ожог второй или третьей степени. Шестаков прихрамывает и ездит в больницу на перевязки, а с этим эпизодом разбирается Следственный комитет.

У засыпанных глиной разломов стоят таблички без знаков препинания «СТОЙ ПРОХОДА НЕТ». По словам жителей, их установили уже после того, как Шестаков провалился.

— Ну стоит табличка. А маленькие дети смогут ее прочитать и не пойти туда, где горит? — задается вопросом бухгалтер и мать двоих детей Ирина Никитина.

— Если, как утверждает администрация, горит свалка, зачем засыпать этот пятак глиной, да еще таким слоем? — рассуждает Шестаков.

«Ремонт приходится делать дважды в год»

Подземгаз — потому что в 1970–90-е годы здесь работала установка по извлечению газа из угольных пластов. А вообще, поселок возник вокруг шахты «Киселевская». Подземгаз — это часть Киселевска, но принадлежит к тому разряду поселений, про которые говорят: ни к селу ни к городу. Раз это город, нет поселковой администрации, которая могла бы решать проблемы на месте. Но и примет урбанистической цивилизации здесь не найти.

Уличные фонари установлены только на одной, главной улице. Дороги в поселке давно не отсыпаются — ни щебенкой, ни шлаком — а зимой почти не расчищаются от снега. В единственном магазине убогий ассортимент. Виктор Шестаков сетует, что торгуют просрочкой, а Ирина Никитина рассказывает, что бабушки даже за солью в центр ездят, а автобуса не дождешься: интервал 50 минут. Хлеб можно купить только утром. Если вечером после работы забыл приобрести в центре буханку, в местном магазине спрашивать бесполезно.

Виталий Шестаков


Игровая площадка для детей тоже одна. На ней одна железная горка и одни качели. Школу закрыли шесть лет назад. В 2010 году, когда Ирина Никитина переехала сюда, детского садика уже не было. Двух детей-дошкольников она перед работой отвозит в садик в другой район города, потом едет на работу. Каждый будний день на проезд в общественном транспорте тратит сто-двести рублей: не все кондукторы разрешают провезти детей бесплатно.

Но главная беда — разрезы, окружающие поселок со всех сторон. Вокруг горы отвалов, и Подземгаз — как в воронке. Самый ближний — разрез «Краснобродский» (участок «Вахрушевское поле») — в 800 метрах от дома Никитиных. Родственница Ирины живет в этом же поселке. От ее дома до разреза всего 300 метров, а до технологической дороги, по которой ездят многотонные БелАЗы, — 30. Угольная пыль летит на огороды, и без удобрений теперь ничего не растет. Экологически чистыми такие овощи уж точно не назовешь. От взрывов на разрезах в поселке разрушаются дома, стены испещрены трещинами. Монтажная пена не помогает.

— В первое время мы тратили очень много на ремонт, — вспоминает Ирина Никитина. — Сейчас понимаем, что бесполезно. Но все равно ремонт приходится делать дважды в год. Потолок мы обклеиваем потолочными плитами, и они просто осыпаются. Пол отходит от плинтуса, очень холодный, и дети постоянно простывают: насморк, кашель. Ездили на ингаляции в городскую больницу, но не наездишься. Пришлось купить ингалятор.

Дом Никитиных по местным меркам еще крепкий. Некоторые обитатели Подземгаза опасаются, что после очередного толчка-взрыва стены сложатся или потолок рухнет. И болезни есть и посерьезнее. Ребенку соседки Ирины в 12 лет поставили диагноз «ревматоидный артрит». Врач в поликлинике сказал, что это болезнь пожилых людей и у подростка она могла развиться или на нервной почве, или от плохой экологии. В Подземгазе много онкобольных, жители связывают это с вибрациями, угольной пылью и дымом от подземных пожаров. Продать дом и уехать из поселка почти невозможно. Покупатели сразу отказываются, когда слышат название района.

— На нашей улице много людей просто побросали свои дома и уехали. Те, у кого была возможность. На руинах брошенных домов играют наши дети, — рассказывает Ирина.

О детях ей и соседкам говорить тяжелее всего. Взаперти держать — не выход, а на улицу отпускать боязно, особенно когда там снег черный и от дыма нечем дышать. Автобус нередко задерживается, и школьники зимой иногда по два часа ждут его на остановке.

Многие местные жители, попросившие экологического убежища в Канаде, сами работают на разрезах. По большому счету никакой другой работы для мужчин в Киселевске нет. Евгений — супруг Ирины — машинист крана на разрезе «Киселевский». Активисты поселка Подземгаз не против разрезов как таковых, но хотели бы жить в человеческих условиях. Еще в Подземгазе, по словам Ирины Никитиной, живут пенсионеры и молодые семьи, у которых не хватило денег купить жилье в других районах. Ипотеки, замечает она, дают не всем.

Слева: Ирина Никитина


— Я бы не сказала, что у нас есть прямо пьющие семьи; бездельники, которые пропивают пособия. Соцзащита приезжала сюда после того, как мы записали видеообращение. Спрашивали, почему мы не обращались к ним за помощью. А какая помощь? Мы все трудимся, — объясняет она. — На самом деле женщины к ним обращались, а они: «У вас доход превышает на десять рублей прожиточный минимум». Вот и вся помощь. В этом государстве никто никому не должен.

В записи видеообращения участвовало человек пятнадцать, но Никитина подчеркивает, что с активистами солидарен, за единичными исключениями, весь поселок. Просто не у всех нашлось время прийти на запись.

«Люди потеряли веру»

О том, что активисты поселка — не маргиналы, рассказала и Наталья Зубкова — журналист, главный редактор сайта «Новости Киселевска»:

— Большая часть — рабочие. Есть учителя, медики, библиотекарь.

На вопросы «7×7» журналистка ответила через социальную сеть.

— Как реагировали земляки, когда новость о видеообращении стала топовой?

— Поначалу для всех это было как гром среди ясного неба. Первым делом в Подземгаз из других городов начали звонить родственники активистов, чтобы узнать, не арестованы ли их близкие. Потом Виталию в соцсеть стали писать люди со всего Кузбасса: Ленинск-Кузнецкий, Белово, Новокузнецк, Таштагол. По 20–30 сообщений в день. «Мы хотим к вам присоединиться!» Это просто жутко, сколько людей хочет уехать не просто из Кузбасса, а из страны! Люди потеряли веру. Думаю, это была хорошая встряска для всех. Есть люди, которые хотят отстаивать свое право дышать чистым воздухом, право на безопасную среду. Те, кто боялся, увидели, что отстаивание своих конституционных прав не всегда заканчивается уголовным наказанием. Люди просто устали от того, что в Кузбассе не соблюдается Конституция. Я надеюсь, что и представители власти сделали для себя какие-то выводы.

Зубкова сделала очень много для распространения видеообращения и письма.

— Весь Киселевск — неблагополучный района, везде чернота, — объясняет она. В поселке Подземгаз самая критическая ситуация, существует непосредственная опасность для жизни. Очень неблагополучные территории — район бывшей 12-й шахты и Афонино, где жители выходили на митинг.

По ее словам, там, где она живет, вибраций нет, но очень тяжелый воздух с угольной пылью. Когда работающие на разрезах БелАЗы сдают назад, у них включается предупредительный сигнал. Зубкова признается, что этот писк слышит всегда, даже при закрытых окнах в квартире.

— Дети болеют, потому что редко бывают на улице. Смог, и ты понимаешь, что прогулки не полезны. И летом им особо негде гулять: на два района одна детская площадка. В доме, где я живу, восемнадцать квартир. Шесть семей уже уехали. Но уехать могут не все. Для нашего города продать трехкомнатную квартиру с хорошим ремонтом за 700 тысяч рублей — большая удача, — говорит Наталья Зубкова.

Ирина Никитина рассказала, что несколько лет назад жителей Подземгаза хотели переселять в Новокузнецк, в район Ильинки, но затем передумали. Зубкова подтверждает эти слова:

— Не только Подземгаз, но и весь Киселевск. Почему эта идея не воплотилась в жизнь, мы не знаем.

Наталья вспоминает, что десять лет назад, когда вместо нерентабельных шахт стали открываться разрезы, где уголь добывать дешевле, многие киселевчане от этого выиграли. За дома, идущие под снос, платили достойные компенсации. Люди уезжали в другие регионы, даже в Краснодарский край. Кто хотел остаться, селились в самом чистом районе Киселевска — на Красном Камне (по словам киселевчан, и этот район скоро испоганят отвалы разрезов). Но с 2013 года «началось что-то страшное». Киселевчан, дома которых оказываются рядом со все расширяющимися разрезами, переселяют неохотно. О прежних щедрых компенсациях остались только воспоминания.

— Город скоро станет похож на один большой отвал: девять разрезов, три обогатительные фабрики. Сейчас строят еще одну большую — рядом с районом, где я живу. Это, наверное, вообще нас задушит! — прогнозирует журналистка.

Жест отчаяния

Активисты Подземгаза признались, что эмигрировать пока не готовы. Хотят остаться в России, но переселиться, уехать из Киселевска. Рассчитывают на справедливую денежную компенсацию, которая им, как жителям подработанной территории, положена по закону. Они уже много лет пишут и в городскую, и в областную администрации, и в администрацию президента. Но жалобы игнорируют. Обращение к премьер-министру Канады и генеральному секретарю ООН — жест отчаяния.

12 июня в поселок приехал мэр Киселевска Максим Шкарабейников.

— Сказал, что засыплет нам здесь все, посадит деревца. И мы будем жить долго и счастливо, — говорит Ирина Никитина.

— Переселить не обещал?

— Нет. Сказал, что мы не один такой район в городе и он не может переселить нас вне очереди. Задала ему вопрос: «Если газ из-под земли прорвется в дома, и будут жертвы, как вы посмотрите людям в глаза?» Он пожал плечами: «Не знаю, мы над этим работаем…». Мэр Шкарабейников, как рассказывает Никитина, объяснил, что Цивилева ждать не надо: «А зачем ему приезжать? Я ему уже за вас отчитался!»

Евгений и Ирина Никитины


Губернатор Кузбасса Сергей Цивилев не оставил жителям Подземгаза выбора, считают они. После пожара в ТЦ «Зимняя вишня» 25 марта 2018 года, в результате которого погибли 60 человек, включая 37 детей, кемеровчане вышли на стихийный митинг. Цивилев сказал, что митинги дестабилизируют ситуацию. Когда санитарки Анжеро-Судженска, не желая переквалифицироваться в техничек, начали голодовку, губернатор объявил, что они опозорили регион.

— Люди [в поселке Подземгаз] не стали голодать, не стали митинговать. Они пошли другим путем. С 2007 года они доказывали властям, что так жить нельзя, что под землей пожар. Но их никто не услышал. Тогда они сделали так, чтобы о них узнал весь мир. И у них получилось, — резюмирует Зубкова.

14 июня в Новокузнецке (город на юге Кемеровской области) Цивилева спросили о видеообращении жителей Подземгаза. На тот момент губернатор самого видеообращения еще не видел, но на вопрос ответил. Газета «Кузнецкий рабочий» цитирует слова губернатора:

— Написали премьер-министру Канады. От этого что поменяется? Они дискредитировали Кузбасс, дискредитировали Российскую Федерацию. Они сработали не на конструктив, они сработали на минус. Проблема будет решаться… Отношение к этим людям?.. Ну как они относятся к Кузбассу… Как я к этим людям должен относиться? Если они хорошо относятся к своему региону, если они переживают — я уважаю их. Если людям наплевать на свой регион и они всячески его дискредитируют…

Кузбасские блогеры неоднократно сообщали, что неугодные властям комментарии и вопросы со страницы Цивилева удаляются. В Подземгаз губернатор приехал вечером 15 июня, после того как принял участие в празднике Сабантуй в соседнем Прокопьевске. На встрече с жителями поселка Цивилев хвалил мэра Максима Шкарабейникова и упирал на то, что тот работает круглые сутки по семь дней в неделю. Губернатор сослался на данные экспертизы специалистов АО «Научный центр ВостНИИ по промышленной и экологической безопасности работ в горной отрасли», согласно которым горит мусор, а не угольные пласты.

Активист Виталий Шестаков уточняет, что чиновники передали эту информацию на словах, никаких документов местные жители не видели. На месте губернатор распорядился разрыть экскаватором почву. Из развороченной земли повалил дым. После осмотра Цивилеву пришлось признать, что это не мусор. Активисты зафиксировали на видео, как Цивилев произносит:

— Это не мусорка. Боюсь, что здесь не рекультивация… в этом районе жить нельзя… <…> Людей с этой территории надо переселять.

В тот же день Цивилев опубликовал пост в своей официальной группе «Вконтакте». Он не отказался от версии, что горела свалка, и написал: «Людей с этой территории надо переселять! Это 71 дом».

Через несколько дней начались работы по передвижению технологической дороги и отсыпке уличных дорог поселка. Местные жители насторожились: зачем, если через месяц-другой поселок опустеет? 20 июня Ирина Никитина пришла на прием к мэру Шкарабейникову, который объяснил, что жители Подземгаза неверно поняли губернатора. Переселять если и будут, то только некоторые семьи. Остальным не надо отчаиваться: работы по благоустройству поселка уже начались.

Обращаясь к премьер-министру Канады, жители Подземгаза рассчитывали, что их услышит и президент РФ Владимир Путин. Они уже дважды пытались задать вопросы на ежегодных «Прямых линиях» с президентом России, но ответа не получали. На линию, состоявшуюся недавно, 20 июня, поступило сразу два вопроса от киселевчан — от жителей Подземгаза и другого неблагополучного района — Афонино. В эфире они не прозвучали, как и другие вопросы от жителей Кузбасса.

Оригинал

 ПОМОЧЬ ПРОЕКТУ 


Теги:убежище в канаде, Подземный пожар, киселёвск

Читайте также:
Комментарии
avatar